Хосров Насир - Стихи



НАСИР XОСРОВ
Стихи
В осуждение поэтов-панегиристов. Перевод И. Гуровой
"В горьких раздумьях моих..." Перевод К. Липскерова
"Вот взмыл орел..." Перевод А. Адалис
"В тени чинары..." Перевод А. Адалис
В ОСУЖДЕНИЕ ПОЭТОВ-ПАНЕГИРИСТОВ
Не трать на низкого хвалебных
слов -
Кто ожерелья тратит на ослов?
О суетном печешься ты напрасно,
Ведь царство двух миров тебе
подвластно.
И сам себя стыду ты предаешь,
Когда твой рот твердит повсюду ложь,
Когда ты хвалишь низкое деянье -
Честь предаешь свою на поруганье.
Твой о "великом" шаха просит стих.
Позор для разума в словах твоих.
Не восхваляй, не оскорбляй при этом
Умы, что проникают в мрак за светом.
Как те поэты, ты не пустословь -
Честь потеряв, вернуть не сможешь вновь.
Ни назиданьем их стихотворенья,
Ни мудростью не радовали зренье.
Стремится к золоту такой поэт,
Душа слепая не увидит свет.
Чего желают эти пустомели,
Ослов одевши блеском ожерелий?
Эмиром слова быть - певца удел.
Пусть бог хранит его от этих дел.
* * *
В горьких раздумьях моих вся истомилась душа.
Тщетно я людям внимал, мудрых возжаждав речей.
Лгал мне и тот и другой, лгали глупец и слепец,
Стал у пророка искать я указанья путей, -
Но про корана стихи тщетно я спрашивал всех,
Молвить кому бы я смог: душу мне знаньем согрей!
Дом я покинул тогда; бросил, в скитанья спеша,
Сад, где пестрели цветы, тканей узорных пестрей.
Лгал мне и тюрк, и араб, некто из Синда, индус,
Старый румиец, и лгал так же мне сын твой, о Рей!
Спрошен был мною в пути тот, кем не чтится творец,
И манихей, и сабей, спрошен был мною еврей.
Часто, на камни ложась, из облаков свой шатер
Я мастерил и в глуши спал наподобье зверей.
Я по горам проходил выше высокой луны,
Спутником рыб по волнам несся я ветра быстрей.
То я блуждал по пескам жарче горячей золы,
То по стране, где зимой мрамора тверже ручей.
То между осыпей шел, то вдоль потоков седых,
То в бездорожье, в горах старого мира старей.
То пред верблюдами брел, тяжко веревку влача,
То, словно вьючная тварь, с ношею - мимо дверей,
В город из города шел, всюду людей вопрошал,
К берегу дальних земель плыл я по шири морей.
* * *
Вот взмыл орел с высоких скал. Он, по обычаю орла,
Добычу свежую искал, раскрыв два царственных крыла.
Он хвастал крыльев прямизной, их необъятной шириной:
"Весь мир под крыльями держу. Кто потягается со мной?
Ну, кто в полете так высок? Пускай поднимется сюда!
Кто? - ястреб, или голубок, или стервятник? Никогда!
Поднявшись, вижу волосок на дне морском: так взгляд остер.
Дрожь крыльев мухи над кустом мой зоркий различает взор".
Так хвастал, рока не боясь, - и что же вышло из. того?
Стрелок, в засаде притаясь, из лука целился в него.
Прошла под крыльями стрела... так было роком суждено, -
И мигом сбросила орла с высоких облаков на дно.
Упав, орел затрепетал, как рыба на сухом песке,
Он участь рыбы испытал, и огляделся он в тоске.
И удивился: до чего железка с палочкой просты, -
Однако сбросили его с недостижимой высоты.
И понял, почему стрела, догнав, унизила орла:
Его же собственным пером она оперена была.
Так изгони же, о Худжат [Прозвище Насира Хосрова.], гордыню из главы своей, -
Взгляни на падшего орла и притчи смысл уразумей!
* * *
В тени чинары тыква подросла,
Плетей раскинула на воле без числа,
Чинару оплела и через двадцать дней
Сама, представь себе, возвысилась над ней.
"Который день тебе? И старше кто из нас?" -
Стал овощ дерево испытывать тотчас.
Чинара скромно молвила в ответ:
"Мне - двести... н



Назад